Преступления против правосудия

В книге анализируются нормы действующего российского уголовного законодательства, посвящённые преступлениям против правосудия. Даётся историческая справка, приводятся общая характеристика и классификация преступлений, предусмотренных гл. 31 УК РФ.

Заключительный акт. Драматическая история Московской Хельсинкской группы

В конце семидесятых всему миру стали известны имена нескольких московских диссидентов — Юрий Орлов, Анатолий Щаранский, Елена Боннэр, Александр Гинзбург, Анатолий Марченко, Виталий Рубин, Петр Григоренко… У них не было ни идеологии, ни политической платформы, ни тем более сторонников в правительстве.

Философские основания учения о гражданине

Английский философ и политический деятель Томас Гоббс за свою долгую жизнь был свидетелем многих событий, сотрясавших Европу в XVII в.: и Тридцатилетней войны, и революции Кромвеля. Трактат "Философские основания ученик о гражданине" (De Cive) (1642) представляет собой систему взглядов, касающихся проблем функционирования государства и прав граждан.

Девиантология: социология преступности, наркотизма, проституции, самоубийств и других «отклонений»

В книге излагаются теоретические основы и история формирования девиантологии – социологии девиантности и социального контроля. Подробно рассматриваются основные формы девиантности – преступность, коррупция, терроризм, наркотизм, пьянство и алкоголизм, самоубийства, проституция, сексуальные отклонения, социальное творчество и др.

Сочинения в двух томах: том 2

Человеческое искусство является подражанием природе как во многих других отношениях, так и в том, что оно умеет делать искусственное животное.

Сочинения в двух томах: том 1

В первый том Сочинений английского Т. Гоббса включены основные работы, представляющие его натурфилософию, теорию познания и социально-политические взгляды: трилогия "О теле", "О человеке", "О гражданине", "Человеческая природа", "О свободе и необходимости".

Левиафан, или материя, форма и власть государства церковного и гражданского

Томас Гоббс (1588–1679) – классик политической и правовой мысли, выдающийся английский философ. В своем основном произведении `Левиафан` впервые в Новое время разработал систематическое учение о государстве и праве. Оно оказало серьезное влияние на развитие общественной мысли Европы и до сих пор остается источником оригинальных социальных идей. Предлагаемый читателю текст наиболее близок к первому английскому изданию.

Ковбойский капитализм

В книге проводится сопоставление американской модели «ковбойского капитализма» и европейской модели «уютного капитализма». Первая модель в большей степени полагается на использование рыночных сил (т.е. добровольного взаимодействия людей); вторая – на государственную регламентацию различных сторон экономиче ской и социальной жизни в целях достижения большей «социальной справедливости».

Гендер для «чайников»-2

 Эта книга — одновременно и продолжение уже вышед шего издания «Все ли вы знаете о гендере?», и самостоятельный проект. Продолжение — потому что перед «Гендером для чайников-2» был, разумеется, просто «Гендер для чайников», который не имел номера 1, так как мы не знали еще, что нам захочется написать вто рую книгу. Самостоятельный проект — потому что, для того чтобы рочесть «Гендер для чайников-2», совершенно необязательно искать и предварительно читать первый том.

Гендер для «чайников»

Эта книга написана для россиян, женщин и мужчин, которые хоть раз в жизни сталкивались с тем, что их «пол» становился их «потолком».

Белое на чёрном

  Живя в Мадриде, Рубен Давид Гонсалес Гальего пишет по‑русски. И не только и не столько потому, что, внук видного испанского коммуниста, он провел детство в Советском Союзе. По его мнению, только «великий и могучий» может адекватно передать то, что творилось в детских домах для инвалидов СССР. Описанию этого ужаса и посвящен его блистательный литературный дебют – автобиографический роман в рассказах «Белое на черном», ставший сенсацией уже в журнальной публикации.

Когда я вернусь (Полное собрание стихов и песен)

 Трудно писать о поэте, которого не просто любишь, но чьи произведения оказали столь сильное влияние на всю твою жизнь. Еще труднее, если знаешь, что тебе вряд ли удастся свое преклонение перед талантом разложить на профессионально-аналитические составляющие.